Главная » Услуги банков » Дмитрий Олюнин: Ставим задачу не увеличивать расходы на горизонте трех лет, Росбанк
Дмитрий Олюнин: Ставим задачу не увеличивать расходы на горизонте трех лет Дмитрий Олюнин рассказал о том, как справляются с трудностями "дочки" французской группы Societe Generale, о планах роста кредитования и оптимизации бизнес-процессов.

Дмитрий Олюнин: Ставим задачу не увеличивать расходы на горизонте трех лет, Росбанк

Дмитрий Олюнин: Ставим задачу не увеличивать расходы на горизонте трех лет

Дмитрий Олюнин рассказал о том, как справляются с трудностями «дочки» французской группы Societe Generale, о планах роста кредитования и оптимизации бизнес-процессов.

Москва. 12 августа. INTERFAX.RU — Международные банки, имеющие значительный бизнес в России, по-разному переживают текущий кризис. О том, как справляются с трудностями «дочки» французской группы Societe Generale, планах роста кредитования и оптимизации бизнес-процессов, рассказал в интервью агентству «Интерфакс» глава Росбанка Дмитрий Олюнин.

— Как вы оцениваете итоги первого полугодия в банковском секторе?

— В целом первая половина года для банковской системы прошла неплохо. Банки заработали 51 млрд рублей, это позволяет рассчитывать на то, что планы ЦБ по выходу банков на прибыль в районе 100 млрд рублей будут выполнены, может быть, даже перевыполнены. Безусловно, разброс результатов очень большой. Есть банки, которые, несмотря на рыночную конъюнктуру, сохраняют прибыльный бизнес. И есть значительное число качественных, эффективных банков, но которые в силу структуры бизнеса показывают отрицательный результат, среди них ВТБ 24, Альфа-банк и в том числе Росбанк. Эти банки имеют значительную долю розничного бизнеса, который сегодня является основным фактором отрицательного результата. В качестве второго фактора убытков я бы назвал глобальное удорожание пассивов, третий фактор — рост резервов по корпоративному портфелю.

Когда наступает кризис, в части розничного бизнеса мы видим два эффекта. С одной стороны, растет доля проблемных кредитов, а с другой стороны — отсутствуют новые выдачи, которые должны генерить доход. Именно это произошло с российским розничным бизнесом в первом полугодии. Доля просрочки начала расти, при этом резко сократились объемы выдач кредитов, что сделало розничный кредитный бизнес в текущих условиях убыточным. Плюс переоценка розничных пассивов: большая доля средств населения размещена на счетах до востребования, и «физики» очень ловко в момент кризиса перекладывают дешевые вклады в новые дорогие. Этот эффект существенно сказался на банках, у которых доля депозитов в объеме розничного привлечения значительна.

Повышение ключевой ставки и в целом удорожание пассивов сказалось не только на розничном, но и на корпоративном депозитном портфеле Росбанка. Мы никогда не гонялись за объемами и не привлекали средства компаний по 30% годовых, как некоторые крупнейшие российские банки, тем не менее, депозитная ставка в начале года достигала 20-23%, и это тоже не могло не сказаться на стоимости наших ресурсов. Межбанковский рынок также следовал за трендом ключевой ставки. И результат соответственный — убытки в размере 4,3 млрд рублей по итогам полугодия.

Несмотря на сохраняющуюся сложную конъюнктуру банковского рынка вклад группы Росбанк, которая включает Росбанк, ДельтаКредит и Русфинанс банк, в финансовый результат Societe Generale во втором квартале 2015 года соответствует планам группы в России и существенно улучшился по сравнению с первым кварталом текущего года. Чистый доход от банковской деятельности группы увеличился на 16%, операционные расходы снизились на 7%, объем создаваемых резервов сократился на 44%.

Корпоративный кредитный портфель ведет себя лучше, чем в 2009 году. Да и само падение экономики существенно меньше: если в 2008-2009 годах сокращение ВВП составило порядка 8%, то в этом году мы ожидаем около 3%. Что касается корпоративной просрочки, здесь в отличие от рынка мы выглядим очень хорошо, у нас достаточно низкий уровень просрочки — 5,4%. И что особенно важно, в этом сегменте у нас вообще нет роста резервов.

— Насколько упал розничный кредитный портфель Росбанка в первом полугодии?

— В январе-феврале выдачи упали на 85% от уровня прошлого года. Сейчас мы вышли на уровень 55% от прошлого года. Здесь надо иметь в виду, что на наш портфель влияет решение Росбанка передать бизнес по ипотеке и автокредитованию в автосалонах в наши дочерние банки. Нас сегодня, скорее, следует оценивать совокупно с банком «ДельтаКредит» и Русфинанс банком (розничные специализированные банки — «дочки» Росбанка — прим. ИФ), потому что мы с первого квартала практически до нуля сократили продажи автокредитов и ипотеки. А вы знаете, что ипотека является одним из наиболее устойчивых продуктов, и многие банки сейчас растут или меньше падают именно за счет продажи ипотеки.

В итоге розничный кредитный портфель Росбанка снизился за полугодие на 13,3%, портфель «Русфинанса» — порядка 10%, «ДельтаКредита» — на 2,8%. Если усреднить, то порядка 11% по группе Росбанк. Но следует учитывать еще и продажу кредитов, мы продали в первом полугодии 4 млрд рублей проблемной задолженности. Это бесперспективные к взысканию розничные кредиты со сроком просроченной задолженности более года.

— Как себя чувствует Русфинанс банк в условиях падающего рынка автомобилей?

— «Русфинанс», безусловно, сокращается с точки зрения объемов, учитывая, что рынок автокредитования депрессивный. Но к концу полугодия мы видим положительную динамику, совокупная доля группы Societe Generale в России на рынке автокредитования по выдаче кредитов на приобретение новых автомобилей сейчас на исторически рекордной для группы высоте — 7,4%.

— То есть вы ожидаете, что в целом по году консолидированный розничный портфель может выйти в плюс?

— С точки зрения абсолютной величины, я думаю, по розничному портфелю мы будем ниже уровня начала года. Мы ожидаем сокращение в пределах 10% с учетом Русфинанс банка и банка «ДельтаКредит».

— Не планируете перестраивать бизнес-модель «ДельтаКредита» и «Русфинанса», сделав банки более универсальными?

— Мы специально выделили и даже усилили специализацию дочерних банков, потому что они эффективные и конкурентные на рынке, их модель выстроена под конкретный продукт. Группа Росбанк сегодня занимает четвертое место по объему ипотеки и второе — в автокредитовании. На наш взгляд, это очень успешные банки, они рентабельны, мы рассчитываем, что даже с учетом кризисных явлений результаты будут достойные. Мы ожидаем очень быстрого возврата к докризисным показателям.

— Вы говорили, что продали 4 млрд рублей проблемных розничных кредитов в первом полугодии, во втором планируете?

— Мы планируем продать до 10 млрд рублей в этом году, как и в прошлом. Думаю, что еще 6 млрд рублей проблемных кредитов продадим во втором полугодии.

— Вы уже упомянули, что экономика в этот кризис не так сильно упала, как шесть лет назад. Как вы оцениваете состояние корпоративных заемщиков?

— Если посмотреть на цифры портфеля в целом по российскому банковскому сектору, то сокращение объемов корпоративного кредитования за полугодие достаточно скромно — 0,5%. Портфель ровный. Несколько более заметно сокращение в рублевом сегменте, зато, учитывая замещение иностранных кредитов, валютная доля прирастает — долларовый портфель вырос с начала года на 2,4%. Если говорить о специфике спроса, безусловно, сегодня мы видим существенно меньший спрос на инвестиционные средства и концентрацию в основном на краткосрочных и среднесрочных потребностях. В то же время надо отметить оживление рынка корпоративных облигаций. Мы видим, что в мае-июне он начал возвращаться к серьезным объемам, ожило синдицированное кредитование. Можно привести в пример три сделки. В конце прошлого года мы вошли в состав консорциума банков по кредиту «Акрону» на $525 млн, уже в этом полугодии подписали соглашение с «Уралкалием» на $655 млн, и 14 июля мы были в пуле банков, выдавших кредит на $750 млн «дочкам» «Металлоинвеста». Рынок живой, хотя и менее активный, чем раньше.

— А что вы ждете во втором полугодии?

— Мы ждем прироста корпоративного портфеля. В целом мы рассчитываем на рост корпоративного кредитования порядка 5% в этом году.

— Какие отрасли экономики сегодня испытывают трудности?

— Я не могу сказать, что какие-то отрасли не справляются с трудностями. В то же время есть те, которые на себе больше ощущают кризис. Это, безусловно, автодилеры, инфраструктурное строительство, девелопмент в целом. Если говорить о наших клиентах-автодилерах, то мы не видим существенной угрозы их кредитоспособности. Им стало сложнее, но компании уже научены опытом 2008-2009 годов. Надо признать, что зрелость финансового менеджмента значительно выросла. Они лучше подготовлены к подобного рода стрессовым ситуациям, да и шок не такой сильный, как в прошлом году, тем более что снижение ключевой ставки Банка России все-таки внушает оптимизм и позволяет компаниям возвращаться в «зеленую зону». Сегодня ставки по годовым рублевым кредитам для крупнейших компаний находятся в диапазоне 12-14%. Если говорить о рознице, то мы с целью поддержки нашего розничного бизнеса снизили ставки по потребительским кредитам до 14,4%.

— Много ли сейчас поступает обращений от компаний на реструктуризацию кредитов?

— Нет, не много. Надо понимать, что в отличие от большинства банков, в том числе с иностранным капиталом, основная доля нашего кредитного портфеля — компании первой категории, то есть первые 200 крупнейших российских компаний. Серьезного ухудшения их положения мы не видим, в целом доля реструктуризации, вызванной затруднениями на стороне клиента, составляет 3% корпоративного портфеля на 1 июля.

— Продавать корпоративные проблемные кредиты собираетесь?

— У нас есть проблемный портфель, в основном сформированный за счет кредитов, выданных еще в 2008-2009 годах. Мы активно работали над сокращением этого портфеля, уменьшили его в прошлом году на 27 млрд рублей. При этом мы продали портфель с коэффициентом возврата задолженности больше 50%. То есть больше половины средств из этого портфеля вернули и будем продолжать эту работу в 2015 году. Продажи являются для нас основным инструментом работы с долгами. Это конкретные сделки по конкретным должникам.

— Насколько ЦБ может снизить ключевую ставку до конца 2015 года?

— Мы ожидаем продолжение снижения и увидим уровень в районе 10% на конец года.

— Этот уровень ставки позволит банку работать рентабельно?

— Безусловно. Мы считаем, что еще будем чувствовать на себе эффект снижения рентабельности розничного бизнеса, а также эффект переоценки пассивов, потому что обратное замещение дорогих ресурсов более дешевыми всегда требует больше времени. Тем не менее, рассчитываем, что будем прибыльными уже в третьем квартале.

— А в целом по году ожидаете прибыль?

— Мы сделаем все для того, чтобы сократить убытки и выйти на положительный результат по году.

— На какой прирост средств физлиц и юрлиц вы рассчитываете в этом году?

— Если брать нашу динамику в первом полугодии, то совокупные депозиты розничных клиентов, включая расчетные счета физлиц, выросли на 1,2%, депозиты юрлиц с учетом текущих счетов сократились на 7,9%. Но надо иметь в виду, что если в розничном сегменте мы поддерживаем рост и рассчитываем, что он будет продолжаться, то в корпоративном сегменте мы сдерживаем привлечение. Поскольку корпоративный кредитный портфель не растет, а розничный снижается, у нас образуется избыточная ликвидность, поэтому мы искусственно сдерживаем и сокращаем объемы, в первую очередь, крупных корпоративных депозитов.

— Да. Потому что мы для себя установили некоторые нормы привлечения и стараемся ограничивать привлечение, вплоть до отказа в приеме определенного рода депозитов. Если говорить о средствах на текущих счетах, то они у нас в корпоративном сегменте на рекордном уровне — порядка 140 млрд рублей по данным на конец второго квартала (без учета счетов ЛОРО).

— ЦБ в конце прошлого года ввел регулятивные послабления для банков. Росбанк ими пользовался?

— Росбанк пользовался единственной из всего этого инструментария возможностью — переносом в портфель бумаг, удерживаемых до погашения, по курсу на 1 октября. Но сегодня эта мера себя исчерпала по рыночным причинам — цены активов уже вышли на этот уровень. Другими мерами поддержки мы не пользовались. У нас и так норматив достаточности капитала 14,85% на 1 июля (требования ЦБ к минимальному уровню норматива — 10% — ИФ).

— То есть банк не нуждается в дополнительном капитале?

— Нет. ЦБ недавно объявил об окончательном списке системно значимых групп, в который вошел Росбанк. Регулятор планирует применить два дополнительных инструментария контроля — ввести показатель краткосрочной ликвидности (LCR) и буфер капитала. Так вот с точки зрения и LCR, и буфера, по крайней мере, на ближайшую пару лет мы не видим угроз для нашей деятельности. Естественно, новые требования Банка России возлагают дополнительные обязательства с точки зрения более жесткого мониторинга группы, но сейчас мы чувствуем себя достаточно спокойно.

— Вы планируете пользоваться кредитными линиями, которые ЦБ специально вводит для покрытия недостатка высоколиквидных активов, входящих в расчет LCR?

— Пока у нас нет потребности. У нас уже сейчас LCR выполняется даже на уровне, который будет требоваться с 1 января 2016 года — больше 76%.

— Будет ли Росбанк применять IRB-подход при оценке кредитных рисков (подход на основе внутрибанковских рейтингов)?

— Мы работаем над этой темой. Мы планируем применять внутренние рейтинги, но если этот переход произойдет, то, скорее всего, в 2018-2019 годах. Сначала мы будем внедрять внутренние процедуры оценки достаточности капитала.

— Вам интересен облигационный рынок в этом году?

— Если мы и будем выходить на облигационный рынок в этом году, то только для рефинансирования существующих объемов облигаций, которые подлежат погашению осенью. Дочерние банки уже привлекли на рынке 14 млрд рублей в этом году и, вероятно, будут еще выходить на рынок, если позволит конъюнктура.

— Какие у Societe Generale планы в отношении российского бизнеса? Есть ли намерения сократить бизнес РФ, как это делают Raiffeisen Bank International и Nordea?

— Мы сократили в прошлом году часть сотрудников, в этом году рассчитываем на сокращение еще порядка 15% персонала. Также мы сокращаем сеть — в основном за счет укрупнения офисов. За последние полтора года мы закрыли порядка 120 офисов — с 620 до порядка 500 офисов сейчас. Но это никак не связано с нашим желанием уйти из какого-то региона. Это связано с тем, что мы хотим сделать себестоимость нашего бизнеса более управляемой. Понятно, что в условиях инфляции и снижения рентабельности усилия по сокращению затрат должны быть удвоены. В целом наша задача минимум — не увеличивать расходы на горизонте ближайших трех лет с учетом инфляции. При этом, несмотря на кризис, расходы на оплату труда мы в этом году увеличиваем на порядка 7%. Мы сокращаем численность, зато повышаем мотивацию нашего ключевого розничного персонала.

— Планируется ли пересмотр стратегии развития российского бизнеса Societe Generale на 2014-2017 годы?

— Мы обновили и переподтвердили нашу стратегию развития в этом году. Естественно, некоторые траектории движения уточнены с учетом изменения динамики банковского рынка. Но ключевые стратегические цели сохранены как в розничном, так и в корпоративном бизнесе. Банк продолжает и даже увеличивает инвестиции в IT-инфраструктуру. В этом году общий объем вложений в IT-инфраструктуру у нас составит порядка 3 млрд рублей. Мы запустили несколько проектов, связанных с переоснащением колл-центров, созданием корпоративного хранилища данных, внедрением на базе решений компании Siebel нового CRM и ритейлового кредитного фронта. Это все абсолютно новые инвестиции, которые мы запускаем в этом году, стараясь быть контрцикличными и воспользоваться периодом сложностей на рынке, чтобы максимально подготовиться к тому моменту, когда рынок перейдет в стадию активного роста.

Кроме этого, все наши коммерческие усилия сегодня направлены на расширение работы с российскими компаниями и физлицами. Мы запустили новые решения в рознице, такие как мобильный банк, полностью обновили линейку наших пакетов услуг, запустили индивидуальный зарплатный проект, предодобренные предложения по кредитным картам и потребительским кредитам. Если говорить о корпоративном бизнесе, то основной акцент сделан, с одной стороны, на продолжение расширения сотрудничества с крупнейшими российскими компаниями, с другой стороны — на укрепление бизнес-модели в малом бизнесе.

— А что конкретно вы в стратегии скорректировали?

— Все ключевые параметры нашей стратегии остались в неизменном виде — это ограниченный аппетит к риску и работа с наиболее надежными заемщиками, акцент на транзакционном бизнесе, увеличение эффективности и качества обслуживания, расширение клиентской базы, сохранение универсального продуктового ряда и федерального охвата. Мы скорректировали объемы целевых показателей в первую очередь. Например, по сокращению затрат мы взяли на себя более амбициозные задачи, как я уже говорил.

— Вы назвали работу с крупными компаниями одной из ключевых целей стратегии. Как вы оцениваете конкуренцию с государственными банками в нынешних условиях?

— Она всегда была сильной, поэтому мы не видим какого-то кардинального изменения конкурентной среды в текущий момент.

— За счет чего пытаетесь выиграть?

— С одной стороны, мы можем конкурировать по цене с госбанками. С другой стороны, мы способны предлагать индивидуальное обслуживание, учитывая, что количество крупных клиентов у нас все-таки меньше, чем в госбанках, мы можем быть быстрее и сочетать возможности международной финансовой группы с локальным присутствием и гибким продуктовым предложением. Мы активно используем рейтинговое консультирование и возможности группы, это дает нам серьезное конкурентное преимущество в отношениях с крупными клиентами.

А по базовым продуктам расчетно-кассового обслуживания мы не уступаем крупнейшим российским банкам, что показывает примеры наших успехов в области cash-management и cash pooling. Мы начали проекты с «Зарубежнефтью» по cash pooling, работаем в этом направлении с «Полюс золото» и «Норильским никелем».

— Как повлияли санкции против РФ на взаимоотношения Росбанка, его французских акционеров и российских компаний, оказавшихся под разного рода ограничениями?

— Мы учитываем как международные требования, так и российское законодательство в полном объеме, и строим свой бизнес так, чтобы им соответствовать одновременно. Не могу сказать, что более сложные в этой части условия работы банков, сложившиеся после 2014 года, оказывали значительное воздействие на наш бизнес.

— Какие у Росбанка планы в отношении «Объединенной расчетной системы» (ОРС)?

— Наши планы — развивать ОРС. Действительно, ОРС исторически занималась бизнесом, который сейчас находится под вопросом — это бизнес расчетов между банкоматами и объединение банкоматов в единую доступную всем участникам сеть. Более 250 банков-партнеров сегодня входят в ОРС, причем их число продолжает расти и в этом году. Несмотря на сложные перспективы, ОРС остается весьма привлекательным и удобным. В чем? Мы даем банкам-партнерам возможность пользоваться объединенной сетью. Что это значит? Они платят по тарифам не платежных систем Visa и MasterCard, а по тарифам ОРС, которые ниже.

Сегодня ОРС предлагает недоступные в рамках международных платежных систем операции, например, снятие наличной валюты в «чужих» банкоматах или совершенно новый сервис — снятие наличных со счетов операторов сотовой связи. Объединение банкоматной сети позволяет малым банкам использовать банкоматы других банков-партнеров для того, чтобы их клиенты могли гасить кредиты, снимать наличные без ограничений как в банкоматах своего банка и не платить при этом комиссию. А для больших банков это возможность получать с малых банков interchange (комиссия, которую кредитные организации, участвующие в обслуживании банковских карт, выплачивают друг другу в процессе совершения операций — ИФ), который повышает эффективность их банкоматной сети. То есть если ОРС прекратит деятельность в этой части, то, во-первых, сократится набор услуг, а во-вторых, снизится доходность банкоматной сети, что снизит способность банков поддерживать банкоматную сеть и, вероятно, приведет к уменьшению количества банкоматов.

Мы находимся в диалоге с Центральным банком, объясняем ему, что ОРС может быть хорошим дополнением к Национальной системе платежных карт (НСПК). Этот диалог пока идет непросто, но конструктивно.

— Внесла ли ОРС обеспечительный взнос в ЦБ в соответствии с требованиями нового закона?

— Обеспечительный взнос мы внесли 30 апреля. В соответствии с требованиями законодательства ОРС как оператор платежной системы, не являющейся значимой, разместил на специальном счете в ЦБ обеспечительный взнос. Сумма первого транша обеспечительного взноса была рассчитана в строгом соответствии с методологией ЦБ. С точки зрения привлекательности бизнес-модели даже наличие обеспечительного взноса не делает этот бизнес для нас неинтересным. Он только делает его несколько менее выгодным.

Для нас ОРС — это и инструментарий развития передовых расчетных сервисов, ориентированных на будущее. И мы в этот бизнес будем инвестировать, так как видим в ОРС перспективное направление развития. Да, есть проблематика, связанная с теми требованиями, которые Банк России ввел для участников рынка международных платежных карт. Закон «О национальной платежной системе» позволяет ОРС работать и быть полноценным участником национальной платежной системы. Однако ЦБ выпустил указание, где определил — все расчеты по банковским картам должны идти через НСПК, чего в законе нет. Мы продолжаем диалог с регулятором.

Росбанк – универсальный банк в составе международной финансовой группы Societe Generale. Стратегия Группы нацелена на повышение качества обслуживания клиентов и выход на лидерские позиции в области инноваций, обеспечение роста за счет развития бизнеса, усиление взаимодействия между подразделениями и достижение устойчивой доходности.

Росбанк обслуживает более 4 млн частных клиентов в 70 регионах России. Сеть банка насчитывает около 400 отделений и 2300 банкоматов. Росбанк включен Банком России в перечень 11 системно значимых кредитных организаций.

Росбанк имеет кредитные рейтинги международных рейтинговых агентств Fitch Ratings (BBB-, прогноз &позитивный&) и Moody’s Investors Service (Ba2). Росбанку также присвоен кредитный рейтинг АКРА на уровне AAA (RU) и наивысший рейтинг кредитоспособности агентства RAEX (Эксперт РА) на уровне ruААА. Росбанк входит в ТОП-3 самых надежных банков, по версии журнала Forbes (март, 2017). Банк занимает первое место в России в списке самых дорогих брендов среди финансовых институтов с участием иностранного капитала (Brand Finance, 2016). Росбанк – лауреат Национальной банковской премии Ассоциации российских банков (декабрь, 2016, 2017 гг.). Бронзовый призер в номинации &Лучший банк в сфере торгового финансирования в России и СНГ& (TFR Awards, 2015).

О admin

x

Check Also

Как подать жалобу в Роспотребнадзор онлайн, через интернет

Как написать заявление с жалобой в Роспотребнадзор? Если нарушаются права покупателя товаров или услуг, о несоблюдении законодательства сообщается в Роспотребнадзор. Федеральная служба контролирует соблюдение прав граждан.

Как подать жалобу в Роспотребнадзор

Если вы столкнулись с произволом при покупке товаров или услуг со стороны продавца, который не удовлетворил ваши законные требования, то вы имеете право, согласно закону о защите прав потребителей, подать жалобу в органы Роспотребнадзора для восстановления справедливости, рассмотрим порядок действий, который следует для этого провести.

Как погасить долг одной кредитки с помощью другой или что такое рефинансирование долгов — Советы и рекомендации — В мире кредиток

Как погасить долг одной кредитки с помощью другой или что такое рефинансирование долгов Знаете, сколько кредитных карт имеется у среднестатистического жителя Америки? Не одна и не две, а целых четыре штуки! Причем, это именно средний показатель, некоторые &рекордсмены& умудряются оформлять и активно пользоваться даже десятью кредитками.

Как платить коммуналку онлайн без комиссии

Как платить коммуналку онлайн без комиссии. Ощадбанк инструкция Пошаговая инструкция по оплате коммунальных услуг онлайн без комиссии в Ощадбанке. За 3 минуты зарегистрироваться в электронном кабинете и осуществить платеж за жилищно-коммунальные услуги.